• Реклама

Кризис и поражение революции (апрель — июль 1927 г.).
Национальная революция 1925—1927 гг.
История Китая

Кризис и поражение революции (апрель — июль 1927 г.). Национальная революция 1925—1927 гг. История Китая

Контрреволюционный переворот Чан Кай-ши

Открытая борьба между силами революции и реакции в едином фронте началась в Шанхае после занятия этого города восставшими рабочими и войсками НРА.
В феврале 1927 г., когда НРА возобновила наступление на Шанхай и Нанкин, руководство КПК решило призвать шанхайских рабочих к восстанию, с тем чтобы помочь революционной армии освободить город. 19 февраля 1927 г. Генеральный совет профсоюзов Шанхая призвал к всеобщей забастовке в поддержку Северного похода, против милитариста Сунь Чуань-фана, за политическую власть народа. К 22 февраля бастовало уже 360 тыс. рабочих. В тот же день началось вооруженное восстание и был создай Временный революционный комитет из представителей буржуазии, рабочих, студентов, а также гоминьдана и КПК. В рабочих районах дружинники нападали на полицейские участки, захватывали оружие. В борьбу открыто вмешались империалисты, сконцентрировавшие в Шанхае большой флот, армию, тапки. Участники антиимпериалистического выступления были вынуждены отступить, так как продвижение войск НРА к Шанхаю приостановилось.
КПК решила готовить новое восстание, на этот раз более тщательно. Были восстановлены и пополнены рабочие дружины, насчитывавшие 5 тыс. человек, созданы городской и районные штабы восстания. Для руководства восстанием ЦК КПК образовал тройку во главе с секретарем Шанхайского комитета партии Ло И-нуном. Коммунисты действовали в контакте с гоминьдановцами и местной буржуазией. 21 марта, когда части НРА были уже на подступах к городу, 800 тыс. рабочих начали всеобщую забастовку, которая сразу же переросла в вооруженное восстание. К вечеру 22 марта город оказался в руках восставшего пролетариата. Части НРА под командованием генерала Бай Чун-си, по приказу Чаи Кай-ши задержавшего наступление на Шанхай в расчете на разгром рабочих, вступили в уже освобожденный город. На следующий день другая группировка войск Чан Кайши заняла Нанкин. Это была крупнейшая победа революции, ставшая, однако, и началом ее поражения.
В этот критический момент была предпринята попытка открытой империалистической интервенции. В китайских водах было сконцентрировано более 170 военных кораблей Англии, США, Японии, Франции и других империалистических государств, на китайской территории высаживались все новые контипгенты иностранных сухопутных войск. Империалисты усилили помощь северным милитаристам, подстрекая их к антисоветским провокациям. Чтобы запугать народные массы и подтолкнуть национальную буржуазию к переходу в лагерь контрреволюции, военные корабли Англии и США 24 марта подвергли варварской бомбардировке Нанкин. 6 апреля по наущению империалистических держав солдаты Чжан Цзо-линя ворвались в советское посольство в Пекине, арестовав нескольких сотрудников и находившихся там китайских коммунистов во главе с Ли Да-чжао. 28 апреля Ли Дачжао и его товарищи были казнены.
И апреля представители Англии, США, Японии, Франции и Италии предъявили наглый ультиматум китайским властям в Ухане и Шанхае, требуя наказать виновных в инцидентах, происшедших в Нанкине, гарантировать недопущение антииностранных выступлений, принести извинения и уплатить компенсацию. Этот ультиматум послужил сигналом к контрреволюционному перевороту Чан Кай-ши и других гоминьдановских генералов.
В ночь на 12 апреля войска империалистов в Шанхае арестовали более 1000 коммунистов и революционных рабочих, передав их в штаб Чан Кай-ши. Наутро отряды гангстеров, вооруженные чанкайшистами на деньги шанхайских капиталистов и сопровождаемые солдатами, напали на рабочие дружины Шанхая. Массовые митинги протеста были разогнаны и подавлены вооруженней силой, тысячи рабочих расстреляны. Одновременно контрреволюционные перевороты были совершены реакционной военщиной в провинциях Гуандун, Гуанси, Фуцзянь, Чжэцзян, Аньхой. 18 апреля в Нанкине было образовано гоминьдановское контрреволюционное правительство во главе с Чан Кай-ши.
Контрреволюционные перевороты чанкайшистов означали первое тяжелое поражение национальной революции, от которого она так и не смогла оправиться. Два крупнейших революционных центра — Гуанчжоу и Шанхай — были уничтожены. Соотношение сил резко изменилось в пользу реакции. Единственной надеждой революции оставался Ухань, по и он оказался в состоянии острою политического, военного и экономического кризиса.

V съезд КПК

После апрельских событий политическое положение в Китае продолжало неуклонно ухудшаться. Революционные силы теряли одну позицию за другой, хотя в отдельных районах (Хунань, Хубэй) массовое движение достигло кульминации. К середине мая уханьскпй революционный центр оказался в тесном кольце врагов. Политическое и экономическое положение Уханя было на грани катастрофы. В самом уханьском лагере один за другим вспыхивали мятежи реакционной военщины (Ся Доуинь, Сюй Кэ-сян и др.), решившей обуздать крестьянское и рабочее движение. Левые гоминьдановцы, стоявшие у власти в Ухане, заколебались и начали искать выхода из критической обстановки на путях антикоммунизма и сговора с реакцией, хотя и продолжали еще клясться в ненависти к Чан Кай-ши и любви к революции. Революция вступила в полосу неудач и поражений.
Новая обстановка, сложившаяся в Китае после контрреволюционного переворота Чан Кай-ши и раскола гоминьдана, была рассмотрена на V съезде КПК, состоявшемся в Ухане с 27 апреля по 11 мая 1927 г. На съезде присутствовали делегации Коминтерна, Профинтерпа, многочисленные гости. На открытии съезда с приветственными речами выступили представители гоминьдана.
К V съезду в партии насчитывалось 57 967 членов, в том числе рабочих — 50,8%, крестьян — 18,7, интеллигентов — 19,1, солдат и офицеров — 3,1, мелких торговцев — 0,5, прочих — 7,5%. Фактически, однако, численность партии к открытию съезда значительно сократилась ввиду больших потерь, понесенных коммунистами в результате чанкайшистского переворота.
В основе всех решений съезда лежала оценка текущего момента революции как «серьезного революционного наступления». Все объективные условия, как внутренние, так и международные, утверждалось в изданном съездом Манифесте, «благоприятны для революции», «победа революции уже в самом недалеком будущем». В обращении съезда к китайскому народу в связи с празднованием 1 Мая также подчеркивалось, что «в настоящий момент революция вступает на путь решающих побед»3. Ход событий, однако, показал, что такая оптимистическая оценка была ошибочной, не отвечала действительному соотношению сил, сложившемуся в результате контрреволюционного переворота Чан Кай-ши.
Политическая резолюция съезда конкретизировала линию Коминтерна на развертывание аграрной революции, завоевание гегемонии пролетариата и установление революционно-демократической диктатуры рабочего класса, крестьянства и городской мелкоп буржуазии через гоминьдан. Главной задачей партии съезд считал решительное углубление социальной базы революции при одновременном расширении ее территориальной базы. Основным средством углубления социальной базы революции съезд считал проведение радикальных аграрных преобразований.

В разверпутой резолюции по аграрному вопросу предусматривалась необходимость коренного перераспределения земли на основе принципа уравнительного землепользования путем национализации земли, установления крестьянской власти в деревне и вооружения крестьянства. Однако на данном этапе революции съезд считал возможным конфисковать землю лишь крупных помещиков и контрреволюционеров. Резолюция специально оговаривала, что земли мелких помещиков и офицеров революционной армии временно не подлежат конфискации. Помимо конфискации земли крупных помещиков и контрреволюционеров резолюция предусматривала лишение помещиков и шэньши всех политических прав и власти, создание сельского самоуправления из угнетенных слоев деревни, организацию крестьянской милиции, снижение арендной платы за землю и ограничение ростовщичества. Позиция съезда в аграрном вопросе, таким образом, вполне отвечала духу и букве решения VII пленума ИККИ по китайскому вопросу.
То же самое можно сказать и о резолюции V съезда по профессиональному движению. В программе «нового курса», принятого съездом, намечалось развернуть борьбу за гегемонию пролетариата, вести смелое политическое и экономическое наступление на буржуазию вплоть до реализации требования о конфискации и национализации всех банков, рудников, железных дорог и пароходных компаний, крупных предприятий, фабрик и т. д.
«Новый курс» предусматривал также повсеместное вооружение рабочего класса, превращение рабочих дружин в вооруженную опору демократической власти рабочих, крестьян и мелкой буржуазии. Резолюция предлагала послать большое число рабочих на военную службу для революционизирования войск и создания истинно революционной армии. Поставив перед рабочим движением столь серьезные задачи, съезд вместе с тем отметил ряд недостатков в работе профсоюзных организаций. Профсоюзы, говорилось в резолюции съезда, крайне разобщены, отраслевые объединения профсоюзов или отсутствуют или же слабы, Всекитайская федерация профсоюзов превратилась в почти номинальное учреждение, многие профсоюзы все еще несут па себе глубокие отпечатки цеховщины. Партийное руководство профдвижением в центре и па местах осуществлялось неудовлетворительно. В резолюции отмечалась также серьезная опасность бюрократизации лидеров рабочего движения, когда «профсоюзы большей частью монополизируются незначительным числом лидеров, которые оторваны от контроля масс или руководства партии, обюрокрачиваются» 1. При таком состоянии рабочего движения трудно было ожидать, чтобы оно могло выполнить огромные задачи, поставленные перед ним съездом.
В резолюции по организационному вопросу подчеркивалось, что партия добилась крупных успехов и «стала подлинной партией масс». Вместе с тем политическое и организационное состояние партии внушало съезду серьезные опасения: «При быстром развитии партии не хватает кадровых работников и они страдают младенчеством, а наши партийные органы, естественно, не располагают совершенной организацией и твердостью. Это таит в себе огромную опасность». Чтобы выполнить стоящие перед ней задачи, КПК «должна стать не только партией масс, но и большевистской партией». Для этого предлагалось всемерно увеличивать численность партии, вовлекая в ее ряды промышленных рабочих, прогрессивных крестьян и революционную интеллигенцию; твердо осуществлять коллективное руководство снизу доверху и укреплять партийную дисциплину, для чего необходимо вовлекать рабочих в руководящий аппарат всех партийных органов. Съезд внес поправки и дополнения в Устав партии. В новом Уставе были впервые сформулированы принципы демократического централизма. В целях укрепления центрального руководства предусматривалось создание в составе ЦК Политического бюро и Секретариата.
Съезд избрал новый состав ЦК в количестве 40 человек (29 членов и 11 кандидатов). Генеральным секретарем ЦК КПК в пятый раз был переизбран Чэнь Ду-сю. В Политбюро ЦК, сформированное после V съезда, вошли Чэнь Ду-сю, Цюй Цю-бо, Тань Пин-шань, Чжан Го-тао, Цай Хэ-сэнь, Ли Ли-сань.
V съезд КПК проделал большую и полезную работу по осмысливанию коренных проблем китайской революции, по выработке и обоснованию стратегии КПК. Основные стратегические решения V съезда выдержали проверку временем и неоднократно подтверждались последующими съездами и пленумами ЦК КПК. Однако правильная в целом общая стратегическая концепция не была воплощена в соответствующие тактические решения. Вследствие крупного просчета в оценке текущего момента китайской революции тактическая линия, намеченная V съездом, оказалась неосуществимой. В руководящем ядре нового ЦК выявились острые разногласия по основным вопросам политики партии. Правооппортунистическая группа Чэнь Ду-сю, по-прежнему пользовавшаяся большим влиянием, не хотела и не была способна мобилизовать партию на борьбу за выполнение решений съезда. В результате в критические дни революции партия осталась без ясного, твердого и целеустремленного руководства.

Кризис уханьского центра и распад единого фронта

Контрреволюционный переворот Чан Кай-ши крайне осложнил положение уханьского революционного центра. Он оказался со всех сторон окруженным врагами: с востока ему угрожал Чан Кай-ши, с юга — Ли Цзи-шэнь, с запада — сычуаньский милитарист Ян Сэнь, с севера надвигалась армия маньчжурского сатрапа Чжан Цзо-линя. Единственным возможным военным союзником оставалась национальная армия Фэн Юй-сяна, на соединение с которой предстояло пробиться. В распоряжении уханьского правительства имелся еще один мощный резерв, мобилизации которого требовали коммунисты, — многомиллионные массы революционных рабочих и крестьян. Однако, несмотря на громогласные революционные декларации и постановление об исключении Чан Кай-ши из гоминьдана, уханьские гоминьдановские лидеры по своей классовой природе и отношению к революционному движению масс мало чем отличались от чанкайшистов. Они смотрели на рост революционной активности масс с плохо скрываемым недоброжелательством, опасением и тревогой, их гораздо больше беспокоили поиски способов обуздания масс, чем мобилизации их могучего революционного потенциала. Предлагавшийся коммунистами путь углубления революции как единственный выход из грозившей Уханю катастрофы был для уханьских лидеров неприемлем. Поэтому еще до переворота Чан Кай-ши и особенно после него фокусом политической борьбы в Ухане стал вопрос о дальнейшей судьбе Северного похода, т. е. о направлении территориального расширения уханьского центра. Вопрос о Северном походе неоднократно обсуждался в ЦИК ГМД, на заседаниях ЦК КПК. В руководстве гоминьдана и КПК выявились серьезные разногласия. Поскольку сражаться сразу со всеми угрожавшими ему противниками Ухань не имел возможности, предлагалось несколько вариантов боевых действий НРА: наступление на восток против Чан Кай-ши или на север против Чжан Цзо-линя; отступление на северо-запад под прикрытием армий Фэн Юй-сяна и поближе к границам СССР или на юг, в Гуандун, с целью восстановления там первоначальной революционной базы. Каждый из этих вариантов имел свои достоинства и недостатки. Вопрос решился сам собой возобновившимся наступлением армий Чжан Цзо-линя против Уханя. 19 апреля войска уханьского правительства под общим командованием Тан Шэн-чжи были двинуты па север, в провинцию Хэнань. Начался так называемый второй Северный поход. Чан Кай-ши также заявил о подготовке к наступлению на Пекин.
Наступление в Хэпани с юга вели войска уханьского правительства, с запада — армия Фэн Юй-сяна. За месяц с лишним кровопролитных боев противник был разбит и вытеснен из Хэнани, а войска Тан Шэн-чжи и Фэн Юй-сяна в конце мая соединились на линии Лунхайской железной дороги. Это был крупный военный успех Уханя, по дался он дорогой ценой. Особенно большие потери понесли части, в которых было сильно влияние коммунистов и которые уханьское командование бросало на самые опасные участки фронта. Главное, однако, состояло в том, что поход в Хэнань не оправдал надежд, возлагавшихся на политический союз с Фэн Юй-сяном. Фэн Юй-сян оказался крайне ненадежным союзником: признавая на словах власть Уханя, он все более явно склонялся к соглашению с Чан Кай-ши. Поэтому состоявшееся в начале июня секретное совещание уханьских лидеров с Фэн Юйсяном в Чжэнчжоу оказалось безрезультатным. 21 июня Фэн Юй-сян открыто заявил о переходе на сторону Чан Кай-ши. Еще более тревожное положение складывалось в тылу уханьских армий.
Ухань переживал острейший экономический и политический кризис. Военная угроза с юга, запада и востока дополнялась организованной империалистами и внутренней реакцией экономической блокадой и саботажем буржуазии. Десятками закрывались предприятия, росла безработица, правительственная казна была пуста, создалось критическое полоя^ение со снабжением населения самым необходимым. Подняла голову внутренняя контрреволюция, подстрекаемая империалистами и чанкайшистами извне: в мае — июне 1927 г. в Цзянси, Хунани, Хубэе при попустительстве уханьского правительства произошла серия контрреволюционных выступлений военщины (Ся Доу-иня, Сюй Кэ-сяна и др.), закончившаяся переворотом Ван Цзин-вэя 15 июля 1927 г. Против рабоче-крестьянского движения объединенным фронтом выступили буржуазно-помещичье офицерство, генералитет и политическое руководство уханьского гоминьдана и правительства. Рабочие и крестьянские организации, руководимые коммунистами, под нажимом превосходящих сил объединенной реакции вынуждены были сдавать одну позицию за другой и подвергались разгрому. Уханьские войска снимались с фронта в Хэнани и бросались на подавление крестьянского движения. 29 июня командир 35-го корпуса, расположенного в Ухане, отдал приказ о разрыве с коммунистами. 15 июля уханьский ЦР1К гоминьдана во главе с Ван Цзин-вэем принял решение о расторжении союза с КПК. В Ухане начался открытый контрреволюционный террор.
Революция потерпела повое тяжелое поражение. Руководство КПК не смогло ни дать отпора мятежному офицерству там, где это было возможно и необходимо, ни обеспечить организованного отступления в тяжелой обстановке поражения.
КПК, бесспорно, была политическим руководителем и часто организатором революционных выступлений многомиллионных масс рабочих и крестьян, когда революция находилась на подъеме. Однако рабочее и особенно крестьянское движение в этот период оставалось стихийным, слабо охваченным политическим и организационным руководством Компартии. Своеобразие тактики единого фронта (вхождения коммунистов в гоминьдан) давало возможность коммунистам быстро внедряться в мелкобуржуазные массы под гоминьдановским знаменем. Но это же обстоятельство мешало столь же быстрыми темпами распространять на массы влияние политической партии пролетариата. Эта негативная сторона тактики единого фронта с гоминьданом, в целом, безусловно себя оправдавшей, особенно остро дала о себе знать в момент кризиса революции. В случае организации Компартией решительных выступлений масс против посягательств гоминьдановцев на завоевания революции возникала угроза распада единого фронта, значительного сужения массовой базы КПК, ее изоляции. Это обстоятельство серьезно сковывало маневренность КПК в кризисной ситуации весны — лета 1927 г.
После V съезда Политбюро ЦК КПК во главе с Чэнь Ду-сю отвергло линию Коминтерна и взяло курс на уступки гоминьдану. Эта общая установка оставалась в целом неизменной вплоть до разрыва единого фронта в середине июля 1927 г. В ряде политических заявлений и обращений к народу ЦК КПК стремился поддержать революционный дух масс, призывал их к активным революционным действиям, разоблачал контрреволюционные замыслы уханьского офицерства и генералитета. В то же время ЦК КПК не решился принять практические меры для разгрома мятежа Сюй Кэ-сяна в Чанша и других аналогичных контрреволюционных выступлений военщины. Руководство Всекитайской федерации профсоюзов и Всекитайского крестьянского союза (его возглавлял Мао Цзэ-дун) поддержало линию ЦК. На заседании Военного совета гоминьдана. 13 июня Мао Цзэ-дун, как и другие члены совета, выступал против применения военной силы для подавления мятежа Сюй Кэ-сяна.
Политика уступок, однако, не дала желаемого результата. Революция терпела явное поражение. КПК должна была перестроить свои ряды и выработать тактику, соответствующую новым условиям. В начале июля 1927 г. Чэнь Ду-сю и его сторонники были отстранены от руководства ЦК КПК. Было создано новое руководство партии — Временное Политбюро из пяти человек во главе с Цюй Цю-бо. Новое руководство партии 13 июля 1927 г. опубликовало декларацию о политическом положении, в которой провозглашался курс на борьбу против изменивших революции гоминьдановских властей, но пока еще не под лозунгом создания Советов, а под знаменем гоминьдана. Министры коммунисты Тань Пин-шань и Су Чжао-чжэн заявили о выходе из гоминьдановского правительства.

 Кризис и поражение революции (апрель — июль 1927 г.). Национальная революция 1925—1927 гг. История Китая

Читать дальше История Китая

Вернуться к содержанию История Китая

Комментарии закрыты.