Стратегическое наступление НОА и победа Народной революции (июль 1947 — октябрь 1949 г.).
    Народно-освободительная война и победа народной революции (1946—1949 гг.).
    История Китая

    Стратегическое наступление НОА и победа Народной революции (июль 1947 — октябрь 1949 г.). Народно-освободительная война и победа народной революции (1946—1949 гг.). История Китая

    Переход НОА в стратегическое наступление. Лозунги свержения буржуазно-помещичьего режима и ликвидации феодализма и крупного капитала

    В июле 1947 г. НОА перешла в стратегическое наступление с решительной целью свержения гоминьдановской диктатуры и создания народно-демократического строя. Темпы и масштабы наступления неуклонно нарастали, завершившись к концу 1949 г. уничтожением гоминьдановской военной и государственной машины и полным освобождением континентального Китая (за исключением Тибета, который был освобожден в 1951 г.).
    Стратегическое наступление НОА прошло три основных этапа, каждому из которых соответствовали определенные изменения тактической линии КПК:
    1) Июль 1947 — август 1948 г. — перенесение военных действий из освобожденных районов на гоминьдановские территории; стабилизация и объединение освобожденных районов; выдвижение лозунгов свержения реакционного режима, ликвидации феодального помещичьего землевладения и крупного (бюрократического) капитала, создания демократического коалиционного правительства.
    2) Сентябрь 1948 — март 1949 г. — уничтожение главных сил гоминьдановской армии и выход НОА на рубеж Янцзы; перенос центра тяжести работы партии из деревни в город.
    3) Апрель — декабрь 1949 г. — ликвидация остатков гоминьдановских войск; свержение правительства Чан Кай-ши; образование Китайской Народной Республики; провозглашение социалистической перспективы развития Китая.
    В обстановке общего революционного подъема ЦК КПК поставил задачу завершения народно-демократической революции. Политическая и экономическая программа КПК на завершающем этапе революции была сформулирована в двух документах, опубликованных 10 октября 1947 г.: в «Декларации Народно-освободительной армии Китая» и «Основных положениях земельного закона Китая».
    Главными политическими лозунгами, провозглашенными в «Декларации НОАК», были вооруженное свержение правительства Чан Кай-ши и создание народно-демократического коалиционного правительства. Выдвигались также требования наказания военных преступников, предоставления национальным меньшинствам политического равноправия и прав на автономию, аннулирования кабальных договоров и проведения независимой внешней политики. В экономической области предусматривалась конфискация крупного государственно-монополистического (бюрократического) капитала, ликвидация помещичьего землевладения, развитие национальной промышленности и торговли, улучшение жизни трудящихся. Это была программа радикальной буржуазнодемократической революции.
    Характерно, что программа была провозглашена от имени не КПК, а Народно-освободительной армии Китая. Это лишний раз подчеркивало то особое значение, которое придавали армии, военному фактору Мао Цзэ-дун и другие руководители КПК. Основной социальной опорой армии, ее массовой базой продолжало оставаться крестьянство, вследствие чего решительное проведение радикальной антифеодальной аграрной реформы рассматривалось руководством КПК как «самая основная предпосылка ведения длительной войны и завоевания победы во всей стране». Многолетняя практика гражданских войн в Китае показала, что без революционных аграрных преобразований крестьяне в вооруженной борьбе между КПК и гоминьданом занимают обычно выжидательную позицию. Поэтому проведение аграрной реформы с 1946 г. стало центральным звеном всей работы партии в освобожденных районах. В то же время вследствие пассивности и забитости основной массы крестьянства партии еще нужно было убедить крестьян, что такие преобразования необходимы и возможны.

    Аграрная политика КПК во время народно-освободительной войны

    До осени 1947 г. аграрная реформа проводилась на основе директивы от 4 мая 1946 г. Главный удар в решении 4 мая рекомендовалось наносить по крупным помещикам, национальным предателям и деспотам; в отношении мелких и средних помещиков ЦК КПК предлагал «соблюдать соответствующую осмотрительность» и в принципе не изымать землю у кулаков. Подчеркивалась также необходимость строго соблюдать интересы середняков, в том числе крепких середняков. Учитывая продолжавшиеся и после начала войны мирные переговоры с гоминьданом, ЦК КПК рекомендовал добиваться решения аграрного вопроса методами, «во многом отличными» от тех, что применялись в 30-е годы, с тем чтобы соблюсти видимость «законности и справедливости» (очевидно, с точки зрения части крестьянства и промежуточных слоев). Кроме открытой конфискации земли крупных предателей практиковалась «добровольная продажа», «добровольная уступка» земли помещиками и т. д. Аграрную политику КПК в начале гражданской войны можно характеризовать как политику частичной ликвидации помещичьего землевладения и нейтрализации кулачества при опоре на бедняка и в союзе с середняком. Однако на практике проведение этой политики столкнулось с большими трудностями.
    КПК, с одной стороны, стояла перед необходимостью создания широкого народно-демократического единого фронта, без чего победа революции была невозможна, а с другой — стремилась удовлетворить хотя бы временно самые насущные материальные потребности трудового крестьянства, являвшегося главной опорой и социальной базой КПК и ее вооруженных сил. Разрешить полностью это противоречие Компартии не удавалось ни в 20-е, ни в 30-е, ни в 40-е годы. То же самое относилось и к курсу прочной опоры на батраков и бедняков при тесном союзе с середняком. Отсюда частые зигзаги в аграрной политике КПК в ходе народноосвободительной войны.
    Примерно с весны 1947 г. аграрные преобразования в основных освобожденных районах стали выходить за рамки, предусмотренные решением от 4 мая 1946 г. На партийных конференциях, проведенных по указанию ЦК КПК во всех освобожденных районах весной — летом 1947 г., было выдвинуто требование всеобщего передела земли, а решение от 4 мая раскритиковано как правый уклон. Официально переход к уравнительному переделу земли был закреплен в «Основных положениях земельного закона Китая», принятых 13 сентября 1947 г. Всекитайской земельной конференцией КПК.
    Закон 1947 г. предусматривал полную ликвидацию помещичьего землевладения на основе уравнительного передела земли по едокам в интересах прежде всего беднейшего крестьянства. Неизбежным результатом уравнительного передела была также экспроприация кулачества, так называемых кулаков старого типа.

    Однако последовательно осуществить уравнительный передел земли КПК не удалось. В китайских условиях политика уравнительного передела хотя и удовлетворяла самые неотложные нужды крестьянской бедноты, но в то же самое время изолировала партию от середняка, затрудняла нормальное развитие производства в условиях единоличного крестьянского землевладения. Уравнительный передел наносил серьезный ущерб также интересам национальной буржуазии и тем самым подрывал политику единого фронта. Поэтому в начале 1948 г. ЦК КПК был вынужден фактически отказаться от уравнительного передела и внести существенные поправки в «Основные положения земельного закона». В ряде директив, принятых в феврале — мае 1948 г., ЦК КПК дает указания прекратить изъятие излишков земли у середняков и кулаков нового типа, ограничить раздел земли только пределами старых освобожденных районов (т. е. районов, освобожденных до перехода НО А в наступление). Практически это означало, что с весны 1948 г. аграрная реформа была приостановлена. К этому времени земля была поделена на территории. В новых освобожденных районах, т. е. на большей части территории страны, проводилось лишь снижение арендной платы и ссудного процента, а аграрная реформа откладывалась до окончания войны (фактически до середины 1950 г.). Такое ограничение аграрных преобразований было призвано ослабить сопротивление реакции и помочь КПК максимально изолировать клику Чан Кай-ши. Одновременно был принят ряд решений об ограждении интересов национальной буржуазии и сохранении в руках помещиков принадлежавших им торговых и промышленных предприятий. Уравнительный передел расценивался как «левый» уклон и проявление утопической идеи «крестьянского социализма».
    В условиях победоносного развития антифеодальной и антиимпериалистической революции «Основные положения земельного закона» с упомянутыми коррективами сыграли большую роль в мобилизации крестьянских масс на свержение гоминьдановского режима и завоевание народно-демократической власти. Следует также отметить, что при проведении аграрных преобразований в 1946—1949 гг. КПК широко использовала опыт, накопленный в предшествующие годы, особенно в советский период.
    Аграрные преобразования, проводившиеся народной властью в освобожденных районах, оказывали глубокое революционизирующее влияние на весь Китай, в том числе и на военную машину Чан Кай-ши. Об этом свидетельствовало, в частности, резкое увеличение в 1947—1948 гг. количества гоминьдановских солдат и подразделений, сдавшихся в плен, восставших или перешедших на сторону НОА (пленные составили около 2/з всех потерь чанкайшистов в первые два года войны). По мере углубления политического кризиса гоминьдановского режима учащались переходы на сторону НОА целых частей и соединений во главе со своими командирами и со всем вооружением. Особенно массовым это явление стало во время решающих сражений в 1949 г. Таким образом, на поле боя НОА противостоял противник, намного уступавший ей в морально-политическом отношении, хотя вначале и превосходивший ее по численности и вооружению.
    Вместе с тем проведение аграрной реформы вскрыло существенные недостатки в деятельности партии, являвшиеся следствием односторонней ориентации маоистов на мелкую буржуазию и порочной линии партийного строительства. Принципы коллективного руководства и демократического централизма не соблюдались, господствовал директивно-приказной стиль руководства. За четыре года после капитуляции Японии и до образования КНР были проведены всего два узких совещания руководства ЦК (декабрь 1947 и сентябрь 1948 г.) и один пленум ЦК (март 1949 г.). Что касается местных партийных органов, то они в значительной мере зависели от армии и подчинялись ей, а сельские парторганизации зачастую не могли быть даже проводником политики ЦК КПК в деревне, особенно в период аграрной реформы.
    Аграрная реформа проводилась на местах, как правило, не сельскими парторганизациями, а направляемыми сверху специальными рабочими группами; они создавали себе опору в виде беспартийных союзов бедняков и батраков, которые были признаны полномочными органами по осуществлению реформы. Вследствие сложившегося в партии тревожного положения Всекитайская земельная конференция КПК приняла решение об очередном упорядочении партии, т. е. о ее чистке и реорганизации. Сельские парторганизации либо распускались и после аграрной реформы создавались заново из актива бедняцко-батрацких союзов, либо реорганизовывались на той же основе после основательной чистки. Такое вынужденное «упорядочение» работы низовых парторганизаций в ходе аграрной реформы значительно обновило их состав за счет массового вовлечения в партию бедняков и батраков, получивших помещичью землю и имущество, и тем самым упрочило позиции партии в деревне.

    Политика КПК в отношении рабочего класса и буржуазии

    С переходом НОА в наступление и освобождением все большего числа городов КПК все чаще приходилось иметь дело с проблемами взаимоотношений с различными слоями городского населения, в первую очередь с рабочим классом и национальной буржуазией.
    Политика КПК в период народно-освободительной войны формулировалась и проводилась в жизнь на основе теории «новой демократии», сконструированной Мао Цзэ-дуном во время антияпонской войны. Основные положения этой теории были подтверждены в докладе Мао Цзэ-дуна «Современная обстановка и наши задачи» на декабрьском (1947 г.) совещании ЦК КПК, которое постановило считать этот доклад «программным документом в политической, военной и экономической областях на весь период борьГы за свержение чанкайшистской реакционной правящей клики, за создание новодемократического Китая» 1. Подтверждалась в докладе и давняя установка Мао Цзэ-дуна в отношении рабочего класса, лишь однажды упомянутого в качестве одного из тех социальных слоев, «симпатии» которых должна завоевать КПК. Вопрос о гегемонии пролетариата, как и вообще о его политической роли в китайской революции, был обойден полным молчанием. Говоря о руководящей роли КПК в революции, Мао Цзэ-дун отнюдь не имел в виду гегемонию пролетариата. В политическом отношении рабочий класс как активная революционная сила фактически списывался им со счетов. И это в момент коренного перелома в ходе революции, накануне ее победы, когда пролетарские массы гоминьдановских районов проявили небывалую политическую активность и когда КПК впервые за два десятилетия вновь вступала в непосредственные широкие контакты с рабочим классом освобождаемых промышленных центров Китая.
    Что касается экономической политики КПК в отношении рабочего класса, то рабочим в отличие от крестьян никакого улучшения материального положения в обозримом будущем обещано не было. Более того, в докладе подвергалась критике «близорукая и однобокая установка на так называемое благосостояние трудящихся вместо установки на развитие производства и процветание экономики, учет и общественных, и частных интересов, обеспечение интересов и труда, и капитала». Сам по себе курс на «обеспечение интересов и труда, и капитала» в условиях буржуазно-демократической революции не был бы для Компартии противоестественным, если бы не определенный акцент на защите интересов капитала, требование «решительно, без всяких колебаний брать под защиту» национальную буржуазию при полном невнимании на деле к политическим и экономическим интересам пролетариата, не только перспективным, но и повседневным, самым наболевшим и насущным.
    Эта общая программная установка, изложенная в докладе Мао Цзэ-дуна, подтверждалась неоднократно. В директивах Мао Цзэ-дуна от 18 января, 11 февраля, 20 марта, 8 апреля 1948 г. постоянно подчеркивается необходимость борьбы против «левого» уклона в профдвижении, т. е. против «завышения норм материального обеспечения» рабочих; партийным комитетам и военной администрации в освобожденных городах дается указание, что «не следует опрометчиво выдвигать лозунг об увеличении заработной платы и сокращении рабочего дня», стараться «продолжать производство, сохраняя прежний рабочий день и прежний уровень заработной платы», «не следует торопиться с организацией городского населения на борьбу за проведение демократических преобразований и улучшение жизненных условий», выждать, пока «население успокоится» и «обстановка станет ясной». Это была политика замораживания жизненного уровня рабочих на дореволюционном уровне и сдерживания их революционной самодеятельности.
    В то же время КПК стремилась усилить свое политическое влияние на рабочий класс, в частности путем восстановления единства профсоюзного движения под контролем КПК. В августе 1948 г. в Харбине профсоюзы освобожденных районов совместно с Китайской ассоциацией труда, действовавшей в районах гомиыьдановского господства, провели VI Всекитайский съезд профсоюзов (V съезд проходил в 1929 г.), восстановивший Всекитайскую федерацию профсоюзов. Руководящее положение в федерации заняли коммунисты. Но и после этого профсоюзы далеко не всегда следовали линии, намеченной ЦК КПК. Во время гражданской войны, да и после образования КНР руководство КПК неоднократно подвергало критике профсоюзы за «экономический» уклон, выражавшийся в «чрезмерной» заботе об улучшении материального положения рабочих.
    Показательно было и отношение руководства КПК к революционной борьбе рабочего класса в гоминьдановских районах. Несмотря на режим жесточайших репрессий, клике Чан Кай-ши не удалось остановить неудержимое нарастание революционной волны. Массовые политические выступления широчайших слоев народа в крупнейших городах страны буквально потрясали основы реакционного режима. Активное участие в этой политической борьбе принимал рабочий класс, но он был плохо организован и лишен политического руководства со стороны собственной пролетарской партии. Даже на заключительном этапе гражданской войны, когда буржуазно-помещичий режим разваливался на глазах под ударами НОА, КПК не выдвигала лозунга вооруженного восстания в городах.
    Изложенная выше политика КПК в отношении рабочего класса способствовала привлечению национальной буржуазии в ряды единого фронта, возглавляемого коммунистами. В начале 1948 г. о своей солидарности с новодемократической программой КПК и готовности поддержать ее вооруженную борьбу против гибнущей контрреволюции заявили Демократическая лига, Революционный комитет гоминьдана и другие партии национальной буржуазии. С весны 1948 г. устанавливаются непосредственные контакты и прямое сотрудничество КПК с буржуазными партиями.
    В августе 1948 г. делегаты демократических партий и групп стали съезжаться в освобожденные районы, чтобы совместно с КПК подготовить созыв новой Политической консультативной конференции без участия реакционеров. Налаживались также деловые, торговые и финансовые связи освобожденных районов с национальной буржуазией, находившейся еще под властью Чан Кай-ши, особенно с наиболее богатой и влиятельной шанхайской буржуазией.

    ІІ пленум ЦК КПК. Пересмотр теории «новой демократии». Установка на социалистический путь развития.

    С осени 1948 г. происходит резкое ускорение темпов революционных событий. Первоначально руководство КПК, исходя главным образом из военного аспекта развития революции, планировало добиться победы через пять лет, т. е. примерно к 1952 г. Однако общенародный революционный подъем в районах, подвластных клике Чан Кай-ши, значительно ускорил развал реакционного режима и позволил Народно-освободительной армии добиться решающих побед уже в начале третьего года войны.
    В конце 1948 — начале 1949 г. НОА провела крупнейшие сражения, оказавшиеся решающими для исхода войны. В ходе трех операций (Ляоси-Шэньянской, Хуайхайской и БэйпинТяньцзиньской) были уничтожены главные силы гоминьдановской армии, насчитывавшие более 1,5 млн. человек. После этих сражений НОА оставалось лишь добить противника и завершить освобождение Китая.
    В связи с приближавшейся и теперь уже несомненной победой народной революции в политике ЦК КПК намечается заметный поворот к марксизму-ленинизму. Одной из главных причин этого было расширение контактов КПК с КПСС. Принимая решение о расширении связей с КПСС, руководство КПК, вероятно, исходило в первую очередь из того очевидного факта, что партия с ее узким кругозором и психологией сельского захолустья была явно не подготовлена к управлению сложным политическим и хозяйственным организмом такого громадного государства, как Китай. КПК была необходима широкая дружеская помощь, совет и поддержка извне, а такую помощь она могла получить только со стороны КПСС и СССР по партийной и государственной линиям.
    В конце 1948 г. руководство КПК осуществляет крупный поворот в международной ориентации партии, стремясь вывести ее из того состояния изоляции, на которую оно ее обрекло внедрением националистического «китаизированного марксизма». Среди шагов, направленных к преодолению самоизоляции КПК от мея^дународного коммунистического движения, могут быть отмечены, в частности, решение поддержать позицию Информационного бюро коммунистических партий по югославскому вопросу, выступления Мао Цзэ-дуна и Лю Шао-ци со статьями в газете «За прочный мир, за народную демократию». В этих документах декларировалась преданность КПК принципам марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма, подчеркивалась руководящая роль Советского Союза в мировом антиимпериалистическом фронте, значение примера и опыта русских большевиков, союза с СССР для победы китайской революции. Мао Цзэ-дун в статье, посвященной 31-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, писал: «Коммунистическая партия Китая и есть такая партия, которая создана и развивается по образцу Коммунистической партии Советского Союза… Нас озаряет сияние Октябрьской революции».
    Для националистически настроенного руководства КПК это, видимо, было трудное, вынужденное признание. Мао Цзэ-дуна и его окружение уже тогда серьезно беспокоил вопрос: удастся ли КПК удержать надолго власть после победы, справится ли она с колоссальной сложности проблемами Китая, не постигнет ли ее судьба гоминьдана? Нужно было дать ответ на ключевой вопрос о дальнейших путях развития страны. Фактически с конца 1948 г. Мао Цзэ-дуну приходится начать пересмотр своей теории «новой демократии». В середине 1949 г. руководство КПК сделало существенный шаг вперед от «китаизированного марксизма» и заявило: «Идти по пути русских — таков был вывод» 2.
    Это заявление руководства КПК потребовало внесения существенных изменений в политическую линию партии. Имеющиеся документы не позволяют проследить в деталях весь процесс переориентации политики КПК, но некоторые аспекты этого позитивного процесса известны. Важные решения были приняты, в частности, на заседании Политбюро ЦК КПК в сентябре 1948 г. Совещание решило «усилить работу по управлению городами и промышленностью и постепенно перенести центр тяжести работы партии из деревни в город». Однако важнейший вопрос о классовой опоре партии в городах совещание оставило без ответа. Совещание приняло резолюцию о созыве партийных съездов и конференций всех ступеней и решение об укреплении института партийных комитетов, предусматривавшие расширение внутрипартийной демократии и коллективного руководства, преодоление наиболее одиозных черт господствовавшего в партии военно-приказного стиля работы.
    На совещании обсуждался также вопрос о повышении уровня марксистско-ленинской подготовки кадров. Еще до этого, в июле 1948 г., ЦК КПК дал указание о создании Института марксизмаленинизма и его Северо-восточного филиала. Программа института помимо общеобразовательной подготовки (первый семестр) предусматривала изучение во втором семестре трех составных частей марксизма («политическая экономия, политические науки, философия»), но завершать обучение должны были «идеи Мао Цзэ-дуна» и история КПК в маоистской трактовке. В начале 1949 г. Орготдел ЦК КПК дал указание, «чтобы во всей партии, начиная от высшего звена и кончая низшим звеном, следовали единой идеологии — идеям Мао Цзэ-дуна».
    Начиная со второй половины 1948 г. в официальных документах ЦК КПК все чаще упомршается рабочий класс в качестве руководящей силы китайской революции. В декабре 1948 г. ЦК КПК подверг критике «правоуклонистскую идеологию» партийных кадров в отношении рабочего класса. «Кадровые работники из крестьян стараются сблизиться с беднотой. Что касается рабочих, то на них мало кто обращает внимание, и рабочий класс остается забытым. В настоящее время, когда мы идем к победе в масштабе всей страны, когда мы освобождаем один за другим крупные города, тот факт, что Коммунистическая партия забыла о своих корнях, является явлением вопиющим». В программной статье «Довести революцию до конца» (30 декабря 1948 г.) Мао Цзэ-дун заявил, что после победы революции Китай пойдет по социалистическому пути развития. В той же статье впервые был сформулирован тезис о «создании республики демократической диктатуры народа, руководимой рабочим классом и основанной на союзе рабочих и крестьян». Это было важное дополнение к теории «новой демократии», хотя и не устранявшее до конца ее внутренней противоречивости.
    Было бы, однако, ошибкой расценивать эти решения ЦК КПК как твердую установку на классовую переориентацию партии. Речь шла всего лишь о расширении классовой базы партии за счет рабочего класса как ближайшего союзника трудового крестьянства. Если раньше, когда партия работала в деревне, ее опорой и классовой базой было, крестьянство, то после перенесения центра тяжести работы партии в город она должна была создать себе дополнительную опору в городе в лице рабочего класса. При этом руководство КПК, судя по документам того времени, беспокоили взаимоотношения с рабочим классом в первую очередь с экономической точки зрения — в плане восстановления и развития промышленного производства, а также управления промышленностью, транспортом, торговлей. Здесь без активного участия рабочих было не обойтись. Что касается политических аспектов взаимоотношений партии с пролетариатом, то руководство КПК стремилось главным образом устранить или смягчить наиболее «вопиющие явления» игнорирования рабочего класса, явно несовместимые с самим названием партии.
    В июне—июле 1949 г. ЦК КПК издал ряд директив, подтверждавших прежнюю установку на ограничение требований рабочего класса под видом борьбы с «левым» оппортунизмом. В директиве Северо-Восточному бюро (Гао Гану) от 3 июня 1949 г. ЦК КПК потребовал «преодолеть левооппортунистические ошибки в отношении национальной буржуазии», в частности отвергнуть «чрезмерно завышенные требования и ультралевые действия» рабочих, расценив их как «стремление на практике немедленно уничтожить класс капиталистов». В директиве ЦК КПК по вопросу о конфликтах между трудом и капиталом на частных предприятиях (июль 1949 г.) вновь предписывалось вести борьбу с «левым авантюристическим уклоном» профсоюзов, которые якобы «вселяют страх в капиталистов и заставляют их быть пассивными». Разрешение конфликтов между рабочими и предпринимателями изымалось из компетенции профсоюзов и возлагалось на правительственные городские бюро труда. Чтобы пресечь непослушание профсоюзов, обязанности председателей городских советов профсоюзов (как и начальников бюро труда) возлагались на секретарей горкомов партии, их заместителей или членов бюро.
    Таким образом, определенный поворот в политике КПК, начавшийся во второй половине 1948 г., не затрагивал основ политической и классовой линии партии, он не мог не быть весьма противоречивым, учитывая характер партии и ее руководства.
    В таких условиях состоялся закрытый II пленум ЦК КПК. Пленум проходил с 5 по 13 марта 1949 г. в деревне Сибайпо провинции Хэбэй, где с весны 1947 г. находился Рабочий комитет ЦК, а с мая 1948 г. весь Секретариат ЦК КПК. В работе пленума приняли участие 34 члена и 19 кандидатов в члены ЦК, т. е. более 2/з состава ЦК. Докладчиком на пленуме был Мао Цзэ-дун, доклад которого был положен в основу резолюции пленума.
    В связи с победой народной революции пленум должен был дать ответ на ряд принципиальных вопросов, вставших перед партией в новых условиях: о классовой базе КПК, о характере революционной власти в Китае, о перспективах развития страны после победы революции, о месте народного Китая в системе международных отношений и т. д. При анализе этих кардинальных проблем пленум закрепил те положительные тенденции, которые наметились в политике ЦК КПК со второй половины 1948 г.
    Пленум подтвердил решения сентябрьского совещания Политбюро ЦК о переносе центра тяжести работы партии из деревни в город. Народно-освободительной армии была дана директива отныне в первую очередь занимать города. Пленум отверг предложение части партийных кадров опираться на городскую бедноту или даже на буржуазию и призвал партию во всей работе в городах опираться прежде всего на рабочий класс. Однако главной опорой партии по-прежнему оставалось крестьянство.
    Что касается перспектив революции, то пленум выдвинул задачу превращения Китая в социалистическую страну и наметил основные этапы переходного периода. Государственный строй будущей Китайской Народной Республики пленум охарактеризовал как демократическую диктатуру народа, руководимую рабочим классом и основанную на союзе рабочих и крестьян. Пленум одобрил также установку на союз с СССР. ЦК КПК было поручено ускорить подготовку образования Китайской Народной Республики.
    Решения II пленума ЦК КПК имели большое принципиальное значение, так как давали партии практическую установку на перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую. В то же время эти решения, в основу которых был положен доклад Мао Цзэ-дуна, содержали глубокие противоречия. Установка на социалистический путь развития фактически отрицала теорию «новой демократии», сконструированную Мао Цзэдуном в качестве китайской альтернативы социализму. Вместе с тем термины «новая демократия» и «новодемократическое государство» применительно к будущему социальному и государственному строю Китая широко фигурировали в документах пленума. Особенно настойчиво термин «новая демократия» употреблялся в докладе Мао Цзэ-дуна. Докладчик как бы стремился доказать, что социализм и «новая демократия» отнюдь не противоречат друг другу. Но по существу Мао Цзэ-дун лишь делал уступки социализму, оставаясь в основном на позициях «новой демократии». Наиболее четко это проявилось в трактовке характера классовой борьбы в Китае после свержения гоминьдановского режима: «Ограничение (буржуазии. — Авт.) и сопротивление ограничению будут представлять собой главную форму классовой борьбы внутри новодемократического государства». Именно ограничение, а не ликвидация буржуазии как класса. Таков был, по представлениям Мао Цзэ-дуна, китайский «новодемократический» социализм без ликвидации буржуазии. Несовместимость «новой демократии» с социализмом становилась все более очевидной, и после образования КНР Мао Цзэ-дуну пришлось с ней молчаливо расстаться. Но во время II пленума ЦК КПК попытка примирить «новую демократию» с социализмом была налицо.
    Другое коренное противоречие заключалось в том, что государство демократической диктатуры народа, призванное обеспечить построение социализма в Китае, теоретически должно было носить характер диктатуры пролетариата. Но возглавить это государство была призвана партия, крестьянская по своему составу, оторванная от рабочего класса, находящаяся под сильнейшим воздействием мелкобуржуазной националистической идеологии; главным инструментом строительства государства стала такая же армия с мелкобуржуазным офицерским составом, из которого комплектовался основной костяк нового государственного аппарата в центре и на местах. По своему классовому характеру органы народной власти в освобожденных районах представляли собой разновидность мелкобуржуазной революционно-демократической диктатуры. Большинство в народных органах власти принадлежало представителям крестьян, но в них входили также представители рабочих, городской мелкой буржуазии и национальной буржуазии. Безраздельное руководство народными органами власти на всех ступенях снизу доверху находилось в руках КПК, в основном состоявшей из прошедших военную выучку крестьян.

    Победа народной революции и образование Китайской Народной Республики

    Мощный революционный подъем в гоминьдановских районах, решающие успехи НОА и укрепление освобожденных районов, тяжелые поражения войск Чан Кай-ши поставили реакционный режим перед неминуемым крахом. В чанкайшистских войсках, правительственном и партийном аппарате распространились пораженческие настроения. Многие местные милитаристы ради спасения своей жизни стремились к мирному соглашению с коммунистами. Даже американская дипломатия не исключала возможности компромисса с КПК с помощью гоминьдановского вице-президента Ли Цзун-жэня. В этой обстановке реакция предложила коммунистам новые переговоры о мире, рассчитанные на спасение остатков гибнущего реакционного режима.
    Поражение китайской реакции означало в то же время и крупнейший внешнеполитический провал политики американского империализма. В августе 1949 г. госдепартамент США опубликовал так называемую «Белую книгу» об отношениях с Китаем, в которой по существу признавалось поражение американской политики. Но империалисты США не прекратили помощь Чан Кайши. В Южный Китай, а затем на Тайвань продолжало поступать вооружение; там действовали американские советники; воздушные силы и морские суда США после ухода их в январе 1949 г. из порта Циндао (Шаньдун) базировались на Тайване.
    Американская дипломатия стремилась облегчить положение чанкайшистов путем организации так называемого мирного наступления, которое должно было дать возможность китайской реакции выиграть время для укрепления военных сил гоминьдана в Южном Китае. С этой целью Чан Кай-ши в своем послании на новый 1949 г. заявил о «желании» вести мирные переговоры при условии сохранения гоминьдановской конституции, государственного устройства, правовой системы и армии. В ответ 14 января было опубликовано заявление Мао Цзэ-дуна, в котором говорилось, что Компартия готова на мирные переговоры. Чтобы переговоры не стали очередной уловкой реакции, КПК выдвинула следующие восемь условий: наказание военных преступников, отмена гоминьдановской «конституции», правовой системы, реорганизация всех реакционных войск на демократических началах, конфискация бюрократического капитала, аграрная реформа, аннулирование предательских договоров, созыв Политической консультативной конференции без реакционеров для создания демократического коалиционного правительства, которое примет власть от реакционного нанкинского правительства.
    Чтобы облегчить своему правительству возможность маневрирования, Чан Кай-ши уехал 21 января 1949 г. на родину в город Фэнхуа (провинция Чжэцзян), а во главе правительства оказался вице-президент Ли Цзун-жэнь, разрекламированный американцами как «либерал» и «сторонник мира». Заявив о согласии вести переговоры на базе условий, выдвинутых КПК, Ли Цзуи-жэнь направил в освобожденный НОА Пекин делегацию. Переговоры происходили с 1 по 15 апреля 1949 г. и закончились подписанием соглашения, в основу которого были положены восемь пунктов КПК. Чтобы облегчить соглашение о мирной ликвидации реакционного режима, КПК выразила готовность включить в состав демократического коалиционного правительства часть «патриотически настроенных» гоминьдановских деятелей. Однако в гоминьдановских верхах одержали победу наиболее воинственные элементы, и правительство Ли Цзун-жэня отказалось подписать соглашение.
    21 апреля 1949 г. войска НОА перешли в новое наступление к югу от Янцзы. 23 апреля пала гоминьдановская столица Нанкин, 27 мая был освобожден Шанхай. Развивая наступление, части НОА к осени 1949 г. освободили Центральный, Северо-Западный и значительную часть Южного и Юго-Западного Китая. Гоминьдановский режим был свергнут.
    Хотя мирное соглашение было сорвано реакцией, переговоры о мире сыграли свою роль. Отдавая приказ НОА о наступлении на всех фронтах, Народно-революционный военный совет Китая объявил всем гоминьдановским местным правительствам и военным группировкам, что готов подписать с ними соглашение местного характера на основе условий, выработанных в Пекине. Ряд крупных гоминьдановских сановников и военачальников (Чэн Цянь, Чэнь Мин-чжэнь, Тао Чжи-юе, Лу Хань и др.) приняли эти условия, обеспечив таким образом мирное освобождение провинций Хунань, Юньнань, Сикан, Синьцзян. Многие из этих деятелей получили затем видные посты в правительстве КНР.
    21 сентября 1949 г. в Пекине открылась сессия Народной политической консультативной конференции Китая (НПКК). Она явилась организационной формой народно-демократического единого фронта трудового крестьянства, рабочего класса, городской мелкой буржуазии, национальной буржуазии и прочих патриотических элементов во главе с коммунистами. Первая сессия НПКК взяла на себя роль Учредительного собрания.
    На сессии единогласно были приняты организационный статут Народной политической консультативной конференции Китая, Закон об организации Центрального народного правительства Китайской Народной Республики, а также решения о столице, гимне и флаге КНР. В Законе об организации Центрального народного правительства КНР были определены классовый характер, политическая основа и организационная структура власти. Сессия приняла также Общую программу НПКК, которая до выработки конституции (1954 г.) выполняла одновременно роль основного закона КНР. В последний день работы, 30 сентября 1949 г., НПКК избрала свой постоянный рабочий орган — Всекитайский комитет и Центральное народное правительство КНР.
    1 октября 1949 г. на многотысячном торжественном митинге в Пекине, на площади Тяньаньмынь, была оглашена Декларация Центрального народного правительства о создании Китайской Народной Республики. На следующий день после провозглашения КНР она была признана Советским Союзом, который установил с ней дипломатические отношения.
    С первого дня существования Китайская Народная Республика получила братскую поддержку СССР, всего социалистического содружества в борьбе против империалистической агрессии, за восстановление и развитие народного хозяйства и утверждение новых общественных отношений.
    Победа китайской революции имела большое международное значение. Она укрепляла лагерь социализма, наносила удар по колониальной системе империализма; вместе с СССР новый Китай участвовал в борьбе за сдерживание агрессивных планов империалистических держав.
    Эта победа открыла новую эпоху в многовековой истории народов Китая. Она создала предпосылки для укрепления независимости страны, завершения буржуазно-демократических преобразований, развития Китая по социалистическому пути, коренного улучшения положения трудящихся масс, превращения отсталой аграрной страны в экономически развитое государство с современной промышленностью, сельским хозяйством, культурой, обороной.

    Стратегическое наступление НОА и победа Народной революции (июль 1947 — октябрь 1949 г.). Народно-освободительная война и победа народной революции (1946—1949 гг.). История Китая

    Читать дальше История Китая

    Вернуться к содержанию История Китая

    Комментарии закрыты.