• Реклама

Возобновление японского наступления. Военно-политический кризис в Китае (1944—1945 гг.).
Национально-освободительная война против японского империализма (1937—1945 гг.).
История Китая

Возобновление японского наступления. Военно-политический кризис в Китае (1944—1945 гг.). Национально-освободительная война против японского империализма (1937—1945 гг.). История Китая

В 1943—1944 гг. военно-стратегическое положение Японии значительно ухудшилось. В предвидении поражения Германии японское командование решило превратить Китай в прочную материковую базу для ведения затяжной войны. Для этого нужно было соединить в единое целое все оккупированные китайские территории и обеспечить контроль над сухопутными коммуникациями от Маньчжурии до Индокитая. С этой целью японское командование подготовило крупное наступление на широком фронте от Хэнани до Гуанси.
В 1943 г. японцы приостановили наступательные операции против освобожденных районов и к весне 1944 г. сосредоточили крупные ударные группировки против гоминьдановских войск. В марте 1944 г. 50-тысячная японская армия начала наступление в Хэнани. Гоминьдановская группа войск численностью до 400 тыс. под командованием Таи Энь-бо, оборонявшая этот участок фронта, сразу же обратилась в паническое бегство. За месяц японцы заняли большую часть провинции Хэнань с крупными стратегическими центрами Чжэнчжоу и Лоян, полностью овладев железной дорогой Пекин — Ханькоу. В конце мая японские войска развернули наступление в Хунани вдоль железной дороги Учан — Гуйчжоу. 300-тысячная гоминьдановская армия и здесь потерпела позорное поражение, несмотря на более чем двухкратный численный перевес и поддержку американской авиации, Беспорядочно отступая на запад, гомииьдановцы сдавали один город за другим. В течение июня — декабря 1944 г. японские войска заняли столицу Хунани Чанша, столицу Гуанси Гуйлинь и продвинулись далеко на запад в сторону Гуйчжоу и Чунцина. В середине декабря японское командование остановило дальнейшее наступление, так как основные цели операции были достигнуты, а на капитуляцию чунцииского правительства в сложившейся международной обстановке рассчитывать не приходилось.
В результате последнего японского наступления гоминьдановцы с марта по декабрь 1944 г. потеряли около 1 млн. солдат, 10 крупных авиабаз и 36 аэродромов, около 2 млн. кв. км территории с населением 60 млн. человек. В руки японцев перешел полный контроль над континентальной железнодорожной магистралью на всем ее протяжении. В январе — апреле 1945 г. японцы предприняли еще несколько успешных тактических наступательных операций для улучшения позиций своих войск в Хубэе, Хэнани и на юге.
В общей стратегической ситуации 1944 г. подобное катастрофическое поражение можно было объяснить только разложением гоминьдановского режима, его полной неспособностью успешно продолжать войну. Поражение обнажило все пороки экономического и политического строя гоминьдановского Китая, вызвало тревогу и возмущение широких общественных слоев, активизировало борьбу прогрессивных сил за революционные демократические преобразования в стране.
По признанию госдепартамента США, американская дипломатия уже в 1943—1944 гг. опасалась, что гоминьдановское правительство «может настолько изолировать себя от народа, что в послевоенной борьбе за власть оно окажется неспособным сохранить свои позиции». Стремясь стабилизировать положение правительства Чаи Кай-шп, американская дипломатия во второй половине 1944 г. резко активизировала свою деятельность в Китае. Летом 1944 г. в Китай прибыл вице-президент США Уоллес, который пытался убедить Чан Кай-ши провести реорганизацию правительства, чтобы поднять его упавший престиж. В сентябре 1944 г. в Чунцин прибыли глава управления по делам военного производства США Нельсон и личный представитель президента Ф. Д. Рузвельта генерал Хэрли, ставший вскоре послом в Китае. Они представили Чан Кай-ши весьма «выгодные» экономические и военно-политические предложения: значительное расширение активности американских монополий под предлогом содействия «развитию промышленности», назначение американского главнокомандующего китайскими вооруженными силами и их реорганизация по американскому образцу. Большинство предложений было принято Чан Кай-ши (он не согласился лишь на назначение главнокомандующим генерала Стилуэлла, настроенного критически в отношения гоминьдана). Одновременно американские дипломаты усилили контакты с руководством КПК, пытаясь склонить его к компромиссному соглашению с Чан Кай-ши. Американское вмешательство оказало определенное влияние па ход политической борьбы, развернувшейся в Китае во второй половине 1944 г.
Летом —осенью 1944 г. Китай переживал острый политический кризис. Оживилось рабочее движение, бурлило студенчество, множились оппозиционные выступления мелкобуржуазных и буржуазных кругов, вспыхивали восстания на национальных окраинах.
К этому времени КПК, используя японское наступление на гоминьдановском фронте, сумела восстановить и расширить территорию освобожденных районов, увеличить численность народной армии до 650 тыс. бойцов и численность партии — почти до 1 млн. членов.
Правительство Чан Кай-иш вынуждено было маневрировать. Оно ослабило блокаду Пограничного района и в мае 1944 г. возобновило переговоры с КПК, которые начались в Сиане и были продолжены в Чунцине. Делегация КПК (во главе с Линь Боцюем) выдвинула довольно умеренные предложения, предусматривавшие, во-первых, признание правительством Чан Кай-ши освобожденных районов, во-вторых, частичную демократизацию гомпньдановского режима (легализация КПК и всех антияпонских партий и организаций, освобождение политзаключенных). Гоминьдан овцы отвергли предложения коммунистов и в середине августа прервали переговоры.
Учитывая непримиримость Чаи Кай-ши и дальнейшее падение престижа его правительства вследствие продолжавшегося бегства гоминьдановских армий, КПК в сентябре 1944 г. открыто поставила вопрос о характере власти в Китае. На третьей сессии Национального политического совета в Чунцине Линь Бо-цюй от имени КПК потребовал немедленной ликвидации однопартийной диктатуры гоминьдана, созыва общекитайской политической конференции с участием всех демократических партий и групп с целью создания коалиционного правительства и объединенного верховного командования всех вооруя^енных сил страны. Лозунг коалиционного правительства означал призыв не к свержению существовавшего в Китае общественно-политического строя, что было тогда нереально, а к его частичной демократизации, к ограничению буржуазно-помещичьей диктатуры путем включения вгоминьдановское правительство Чан Кай-ши коммунистов и представителей других партий и проведения соответствующих демократических преобразований. Речь, таким образом, шла о правительстве национального единого фронта.
Политические требования КПК, выдвинутые в сентябре 1944 г., получили широкую поддержку в Китае. 24 сентября па митинге в Чунцине требования КПК были открыто поддержаны видными деятелями гоминьдана Фэп Юй-сяиом и Шао Ли-цзы, руководителями различных буржуазных партий и групп, деятелями культуры и искусства.

В ноябре — декабре 1944 г. Чан Кай-ши вместе с американскими дипломатами, предложившими свое «посредничество», предприняли ряд политических маневров, чтобы сбить волну недовольства, угрожавшую устоям гомпньдановского режима. Была проведена «реорганизация» гоминьдановского правительства, которая свелась к перетасовке министерских портфелей. В начале ноября Хэрли прибыл в Яньань, где вел с руководством КПК переговоры об условиях участия коммунистов в правительстве и создания объединенного командования. В Яньань прибыла также группа наблюдателей от американских войск во главе с полковником Д. Барретом. В декабре Хэрли вернулся в Чуицин вместе с Чжоу Энь-лаем для продолжения переговоров. К этому времени, однако, японцы прекратили наступление, положение на фронте вновь стабилизировалось, и Чан Кай-ши опять отверг все предложения КПК. 16 января 1945 г. Чжоу Энь-лай возвратился в Яньань. Таким образом, новый тур переговоров между КПК и гоминьданОхМ закончился безрезультатно, но коммунистам он дал большой политический выигрыш. Выросли революционные силы, руководимые КПК, усилилось ее политическое влияние на народные массы. В рядах КПК насчитывалось более 1,2 млн. человек. Армия, руководимая партией, выросла до 900 тыс. бойцов. Она контролировала 19 освобожденных районов с населением более 95 млн. человек.
VII съезд КПК, 23 апреля — 11 июня 1945 г. в Яньане проходил VII съезд Коммунистической партии Китая. На съезде присутствовало 544 делегата с решающим голосом и 208 с совещательным.
Съезд состоялся в период, когда в международном и внутреннем положении Китая произошли серьезные изменения, благоприятствовавшие освободительной борьбе китайского народа. В Европе Советской Армией и войсками союзников был окончательно разгромлен фашизм. Советский Союз, верный своему союзническому долгу, готовился вступить в войну против империалистической Японии, что предрешало быстрый и окончательный разгром японских агрессоров и скорое завершение освободительной войны китайского народа.
Неизбежный и сравнительно быстрый разгром японской армии Вооруженными силами СССР и союзных держав был совершенно очевиден руководству КПК. Главная проблема состояла теперь в том, чтобы во время разгрома японских агрессоров максимально расширить освобожденные районы и укрепить стратегические позиции 8-й и Новой 4-й армий на случай войны с Чаи Кай-ши.
Поэтому вопросы, связанные с окончательным разгромом японских захватчиков, несмотря на то что о нем много говорилось в подготовленных для открытой печати докладах Мао Цзэ-дуна и Чжу Дэ, имели второстепенное значение. Центральное место в работе VII съезда фактически занимали проблемы идеологической, политической и организационной подготовки партии к будущей войне против господствующей гоминьдановской группировки. Программные и тактические установки КПК были сформулированы в политическом докладе Мао Цзэ-дупа «О коалиционном правительстве».
На VII съезде КПК не было серьезной борьбы против маоистских установок. Это объяснялось тем, что в предшествующей съезду кампании «чжэнфэн» Мао Цзэ-дуну и его сторонникам удалось нанести удар по интернационалистским силам в руководстве КПК, принудить их к признанию «идей Мао Цзэ-дуна» и его руководящего положения в партии.
Политический строй, который должен был прийти на смену однопартийной диктатуре гоминьдана, Мао Цзэ-дун характеризовал как «буржуазно-демократическое государство и общество нового типа», т. е. государство «новой демократии», которое будет существовать в Китае в течение длительного периода («десятки лет»). Социальная база такого политического строя была широкой: от рабочего класса, крестьянства до буржуазии и части помещиков. Главной опорой новодемократического режима Мао Цзэ-дун считал крестьянство. «Крестьянство, — говорил он, — является основной базой демократического режима в Китае на данном этапе». Осуществление политического правления крестьянства мыслилось через стоящую у власти Коммунистическую партию, превратившуюся по составу в крестьянскую. В докладе Мао Цзэ-дуна ни слова не говорилось о руководящей роли рабочего класса в иоводемократическом государстве.
Программа «поводемократической революции» предусматривала обеспечение национальной независимости Китая, ликвидацию феодальных отношений в деревне, передачу земли крестьянству, переход в руки государства ключевых отраслей народного хозяйства (банки, железные дороги, воздушные сообщения и т. д.), ограничение крупного китайского и иностранного капитала при всемерном поощрении деловой активности средней н мелкой буржуазии. «Все мероприятия этой революции, — говорил Мао Цзэдун, — направлены не на уничтожение частной собственности, а на охрану частной собственности, В результате этой революции будет расчищен путь для развития капитализма». Основным препятствием на пути экономического развития Китая Мао Цзэдун считал феодальные отношения в деревне, недооценивая при этом тормозящую роль иностранного капитала.
В докладе Мао Цзэ-дуна неоднократно подчеркивалось, что политическая и экономическая программа «новой демократии» не выходит за рамки «трех народных принципов» Сунь Ят-сена, с той, однако, разницей, что их осуществление берет теперь на себя Коммунистическая партия Китая.
Программу «новой демократии» предполагалось осуществить постепенно, через ряд последовательных этапов. На ближайший период была намечена так называемая Конкретная программа, первоочередными требованиями которой были немедленное упразднение гоминьдановской диктатуры и образование демократического коалиционного правительства, введение демократических свобод, обуздание бюрократического капитала, снижение арендной платы и ссудного процента, улучшение материального положения трудящихся и т. п. Иными словами, предлагалось осуществить на территории всего Китая демократические преобразования, которые проводились в период антияпонской войны в освобожденных районах. В соответствии с этой программой КПК изъявляла готовность договориться с гоминьданом, с тем чтобы избежать гражданской войны.
В теоретическом отношении «новая демократия» представляла собой ревизию программных принципов партии, отход от важнейших положений марксизма-ленинизма, таких, как учение об освободительной миссии пролетариата и его политической гегемонии, о перерастании буржуазно-демократической революции в социалистическую и т. д. Теоретическая несостоятельность эклектичной поводемократической доктрины Мао Цзэ-дуна была еще раз доказана практикой революционной борьбы китайского народа в послевоенный период. Вскоре после победы народной революции теория «новой демократии» была отвергнута китайскими коммунистами ввиду ее явного несоответствия марксизму и конкретным условиям Китая.
В то же время в докладе Мао Цзэ-дуна повторялись основные требования антиимпериалистической и антифеодальной революции, выработанные ранее партией китайского рабочего класса с помощью международного коммунистического движения и подтвержденные всей практикой китайской революции. Именно за осуществление этой боевой революционной программы в первую очередь повели борьбу коммунисты и руководимые ими массы трудящихся после III съезда КПК.
VII съезд обсудил также организационные вопросы. С докладом «О новом Уставе партии» на съезде выступил Лю Шао-ци. Чтобы оправдать курс маоистов на отрыв партии от рабочего класса, в докладе развивался сомнительный тезис о том, что «социальное происхождение наших членов партии не может определять характер нашей партии…». Как по своему социальному составу, так и по удельному весу рабочего класса в руководящих органах КПК в 1945 г. не представляла собой передового отряда китайского пролетариата. Рядовая масса членов партии состояла преимущественно нз крестьян, бедняков, середняков и пауперизованпых слоев деревни. Руководящий состав партии был представлен в основном зажиточными слоями деревни, мелкобуржуазной интеллигенцией, а также выходцами из помещичьих и буржуазных семей. В качестве теоретической предпосылки существования такой партии в докладе выдвигалось положение о том, что «интересы китайского пролетариата и китайского народа (включая буржуазию и часть помещиков. — Авт.) всегда являются едиными».
Мао Цзэ-дун фактически считал, что партию можно и нужно строить из любого социального материала. Поэтому он открыто приветствовал превращение КПК в преимущественно мелкобуржуазную по своему составу организацию. «В Китае имеется большая группа мелкобуржуазных революционных элементов, стремящихся вступить в нашу партию, — говорилось в докладе «О новом Уставе партии». — Это отрадное явление. Нашей партии не следует им отказывать. Революционные элементы из мелкой буржуазии могут в большом количестве вступать в пролетарскую политическую партию». Этот процесс мелкобуржуазного развития партии выдавался за «обязательный закон истории». Докладчик объявил, что в результате воспитания и перевоспитания в духе «идей Мао Цзэ-дуна» и длительной революционной борьбы подавляющее большинство непролетарских элементов партии якобы стали «марксистами-ленинцами — пролетарскими бойцами», «передовыми бойцами пролетариата».
В качестве решающего доказательства «пролетарского» характера партии выдвигалось положение о господстве в партии «идей Мао Цзэ-дуна». «Идеи Мао Цзэ-дуна, — заявил докладчик, — это идеология, объединяющая теорию марксизма-ленинизма с практикой китайской революции, это китайский коммунизм, китайский марксизм.
Идеи Мао Цзэ-дуна — это дальнейшее развитие марксизма в национально-демократической революции в колониальных, полуколониальных и полуфеодальных странах в современную эпоху, это превосходный образец национального марксизма».
На самом деле так называемая китаизация марксизма была по существу подменой марксизма мелкобуржуазной националистической доктриной Мао Цзэ-дуна. В новом Уставе было зафиксировано, что «Коммунистическая партия Китая во всей своей работе руководствуется идеями Мао Цзэ-дуна…»
В то время политическая доктрина Мао Цзэ-дуна с ее антифеодальной, антиимпериалистической программой отражала интересы многомиллионных масс крестьянства, мелкой буржуазии и средних буржуазных слоев города и деревни и, следовательно, имела более значительную и широкую социальную опору, чем правящая буржуазно-помещичья партия гоминьдан. В этом была одна из главных причин роста влияния КПК на широкие народные массы, увеличения ее рядов, роста ее вооруженных сил и расширения контролируемых ею освобожденных районов.
Съезд избрал Центральный Комитет в количестве 44 членов и 33 кандидатов. Большинство в новом составе ЦК имели сторонники Мао Цзэ-дуна. На вновь созданный ноет председателя партии был избран Мао Цзэ-дун. Таким образом, съезд фактически узаконил захват руководства в партии Мао Цзэ-дуном и его группой. В то же время в состав ЦК вошли и представители интернационалистских сил партии.

Возобновление японского наступления. Военно-политический кризис в Китае (1944—1945 гг.). Национально-освободительная война против японского империализма (1937—1945 гг.). История Китая

Читать дальше История Китая

Вернуться к содержанию История Китая

Комментарии закрыты.